Много ночей я начал проводить на Оболони. Так случилось что моя отрешенность, апатия, ханжа, грусть, тоска, унынье и жесточайшая депрессия расстались на неопределенное время со своим главным другом, и их место заняли новые воины духа депрессивной Оболони. В лице Галуста, Димы обретено новое пристанище для старого больного и немного веселого человека.
Зима — это то, что возвращает меня к жизни. Два дня безрассудного и опасного паверслайдинга заметно повысили уверенность в себе, на фоне…
